Уголовная ответственность государственных служащих за коррупционные преступления


Аннотация. В статье рассматриваются вопросы уголовной ответственности за коррупционные преступления государственных служащих. Приведены актуальные за последние годы статистические данные о таких преступлениях в России, а также раскрывается понятие – должностное лицо и государственный служащий, который должностным лицом не является.

Ключевые слова: коррупция, противодействие, должностные лица, государственные служащие, перечень коррупционных преступлений, Уголовный кодекс.

В современной России проблема противодействия коррупции является важной, приоритетной задачей, поставленной перед правоохранительными органами государства.  Наиболее отчетливо стало наблюдаться острейшее восприятие коррупции (особенно со стороны лиц, находящихся на государственной службе) обществом после того, как по стране прокатилась волна массовых протестов 26 марта 2017 г. Такое негативное явление, как коррупция в рядах госслужащих, разъедающая государство, общество изнутри, сегодня нуждается в комплексном подходе. Это обусловлено тем, что данное понятие – своеобразный синтез различных видов общественных отношений: она имеет значение и в уголовно-правовом, и в криминологическом, а также в социально-экономическом, политико-общественном и даже психологическом аспекте.

Что же включает в себя понятие коррупции? Как таковое, оно отсутствует в отечественном законодательстве, тем не менее, международные документы такое понятие содержат. Если обобщить все, что в них содержится, то коррупция трактуется как получение выгоды незаконным путем, используя при этом существенным является такой признак как использование своих служебных полномочий государственными и муниципальными служащими. Международные акты содержат понятие коррупции как «злоупотребление государственной властью для получения выгоды в личных целях».[3] Все вышесказанное позволяет говорить о том, что действия коррупционного характера представляются как практика  использования должностных полномочий, служебного положения с целью получить  личную экономическую выгоду. Обращает на себя внимание тот факт, что для коррупции характерно многообразие форм, в которых она проявляется как преступное явление.

Поскольку, как уже упоминалось нами выше, в действующем УК РФ отсутствует определение коррупции, в целях учета подобного рода преступлений, Генеральной прокуратурой РФ было сформулировано такое понятие как «преступления коррупционной направленности» (далее — ПКН). Данные преступления закреплены в специальном перечне [4].

Если рассматривать данный перечень подробно, то в нем мы встретим четкое определение ПКН: данными преступлениями являются такие противоправные деяния, которые обладают следующими признаками:
 - надлежащий субъект преступления (т.е. это – составы со специальным субъектом). Это означает, что для того, чтобы стать субъектом коррупционных преступлений, недостаточно просто достигнуть возраста уголовной ответственности и быть дееспособным и вменяемым. Такой субъект должен быть наделен соответствующими полномочиями: либо это – должностное лицо (речь о которых идет в примечаниях к ст. 285 УК),  либо это те лица, которым вверено осуществлять управление  в коммерческих и других организациях, а также иные лица.

Но не только специфические признаки субъекта являются особенностью коррупционных преступлений. Главным признаком подобных деяний должен обязательно выступать корыстный мотив субъекта: т.е., такие преступления совершаются всегда ради какой-либо выгоды, скажем, чтобы заполучить определенные имущественные права, блага для себя, либо же для третьих лиц. Исходя из перечня ПКН, лица, находящиеся на государственной и муниципальной службе, выступают субъектами довольно объемной группы преступных деяний, предусмотренных УК РФ.

Важным моментом является то, что в перечне ПКН закреплены понятия должностного лица, государственного служащего, муниципального служащего, лица, которое выполняет управленческие функции в коммерческой или иной организации. Однако здесь стоит обратить внимание на один момент: государственные и муниципальные служащие далеко не всегда являются должностными лицами, следовательно, они не наделены полномочиями по управлению.  И здесь возникает вполне закономерный вопрос: если госслужащий не имеет статуса должностного лица, то каким образом он  может злоупотребить своим положением для получения выгоды? Данное положение довольно противоречивое и вызывает множество дискуссий. Так, например, исходя из российской судебной и правоприменительной практики, субъект вышеназванных преступлений использует свое служебное положение и имеет признаки должностного лица.

С этим нельзя не согласиться, поскольку без наличия соответствующих полномочий у лица нет возможности их применить во вред интересам других лиц. Но важно помнить и следующее: если мы полностью исключим «простых» служащих из перечня субъектов ПКН, то их нельзя тогда будет привлечь к уголовной ответственности за коррупционные преступления. В данной ситуации имеются ввиду те лица, которые являются служащими в государственных и муниципальных учреждениях, исполняя свои обязанности за материальное  вознаграждение; причем их служебные обязанности напрямую связаны с функциями организации. И хотя данные субъекты не являются должностными лицами, они в целях исполнения своих обязанностей наделяются определенными полномочиями, им предоставляется доступ к служебной секретной информации,  материальным ценностям, они в процессе своей деятельности приобретают авторитет, служебные связи. Учитывая данный факт, следует помнить, что такие свои права и привилегии служащие учреждений вполне способны использовать в преступных целях. Здесь подразумевается способность госслужащего, не являющегося должностным лицом, оказывать значительное влияние на решения, принимаемые руководством, либо другими доступными способами пользоваться привилегиями и правами, связанными со статусом служащего. Это, в свою очередь,  приводит к увеличению степени общественной опасности  коррупционных преступных деяний[5].

Для современного уголовно-правового законодательства характерна довольно негативная тенденция: часто в законе отождествляются субъекты коррупционных преступлений, начиная от государственных или муниципальных служащих, и заканчивая всеми публичными служащими, причем в последнем случае подразумеваются те лица, которые выполняют определенные публичные функции. Это приводит к тому, что ни ученым, ни законодателю не удается четко определить понятие субъекта коррупционных преступлений, отграничив его от других субъектов – оно становится расплывчатым и неопределенным. Виной всему «обыденное», обывательское понятие о том, что преступником может быть исключительно «чиновник» - т.е. то лицо, которое управляет чем-либо. За счет такого неверного подхода и отмечается существенный рост общественной опасности противоправных коррупционных действий.

Исследуя статистику коррупционных преступлений в России, следует отметить их неуклонный рост за последние годы. Так, в 2016-2017 годах наиболее известными уголовными делами, получившими широкий общественный резонанс, стали: привлечение к уголовной ответственности и назначение наказания в виде бывшему сотруднику ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Владимирской области за деяние, предусмотренное ч. 3 ст. 290 УК РФ (получение взятки). Не менее громким стало дело и бывшего главы города Покрова – Евгения Саса, который обвинялся в совершении деяний, предусмотренных п.п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки в крупном размере) и ч. 6 ст. 290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере).[1]

Если говорить об общей статистике коррупционных преступлений, то в совокупности за 2017 год совершено 15940, что незначительно меньше, чем в 2016 году – 16680, из них преступления совершены должностными лицами в 10489 случаях (за 2017 год), и в 12916 – за 2016 год. Указанные данные зафиксированы в ежегодном докладе, подготавливаемому Генеральным прокурором РФ Совету Федерации.[2]

Таким образом, подводя итоги, можно сказать о том, что проблема уголовной ответственности государственных и муниципальных служащих за преступления коррупционного характера по-прежнему остается особо острой на сегодняшний день для России. На наш взгляд, это связано с ограничениями и несовершенствами существующего законодательства, которое идет по неверному пути отнесения к субъектам подобных преступлений только должностных лиц. Полагаем, что для решения данного вопроса необходим комплексный и разносторонний подход к изменениям существующим нормам УК РФ, а также наработке соответствующей судебной практики.

Список литературы
1. Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 23.04.2019)
2. https://tass.ru/proisshestviya/5134324.
3. Астанин В.В. Противодействие коррупции и предупреждение коррупционных рисков в деятельности государственных служащих: учеб. пособие. - М.: Европ. учеб. ин-т МГИМО (У) МИД России, 2011.- 276 с.
4. Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 3. Особенная часть (главы ХI-ХХI). М., 2007.
5. Чаннов С.Е. Революционная целесообразность как метод борьбы с коррупцией // Административное право и процесс. 2018. № 5. С. 22 - 28// СПС КонсультантПлюс.


Бесплатная публикация

статьи в журнале

Подробнее
Календарь
«    Май 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31