Проблемы квалификации мошенничества в сфере потребительского кредитования


Аннотация. В связи  активным развитием банковской сферы в РФ стремительно растут и число преступлений в ней. В настоящей статье речь пойдет о вопросах квалификации такого преступного посягательства, как мошенничество в сфере кредитования.

Ключевые слова: мошенничество, кредитование, банковская сфера, заемные средства, кредит.
На сегодняшний день практически каждый житель нашей страны хоть один раз обращался в банк для получения займа. Рынок кредитования в России – массовый и довольно прибыльный. В связи с постоянным спросом на кредиты со стороны потребителей, растет количество финансовых и банковских организаций, предлагающих услуги по кредитованию. Большая численность кредитных организаций приводит к их острой конкуренции между собой, постоянной борьбе за клиентов, а потому банками создаются различные выгодные условия и предложения для заемщиков, например, быстрые сроки рассмотрения заявок, а также упрощенные требования к предоставляемым гражданином документам. Как часто приходится видеть в рекламе той или иной кредитной организации, что «необходим только паспорт». Но такие широкие возможности быстрого получения денег порождают ряд проблем, среди которых особенно острой является мошенничество.

   Данный вид мошенничества происходит как со стороны заемщиков, так и сотрудников банка. Так, наиболее серьезной сейчас является проблема неисполнения своих обязательств заемщиками. Огромный ущерб причиняется банкам в результате неправомерных действий недобросовестных заемщиков, которые по самым разным причинам не стремятся возвращать сумму кредита. Следует, конечно же, учитывать, что обстоятельства бывают различными: например, заемщик не может осуществлять выплату в силу объективных жизненных ситуации – остался без работы, потерял постоянный доход, и т.д. Но есть и другая категория заемщиков – те, которые попадают в поле зрения правоохранительных органов, т.е. их действия по неуплате кредита являются заранее умышленными и вполне осознанными. В определенном смысле здесь есть доля вины банков, так как именно по их инициативе кредитование стало абсолютно доступным и простым, что и повлекло усиление мошеннической активности в данной отрасли [1].

   Рассмотрим само понятие мошенничества в сфере кредитования. Данное преступление квалифицируется по ст. 159.1 Уголовного кодекса РФ[2], в ч. 1 которой и содержится указанное понятие. Это – хищение денежных средств заемщиком путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных и (или) недостоверных сведений.

   И здесь возникает вполне закономерный вопрос: кто именно выступает в качестве потерпевшего по данному преступлению? По общему правилу, потерпевший – это лицо, которому преступными действиями виновного причинен какой-либо вред. В данном случае потерпевшим будет являться собственник денежных средств, передавший их заемщику при заключении договора, которому впоследствии стало известно о недостоверности представленных заемщиком сведений, и утративший право на возврат денежной    суммы.

   Если опираться на норму ст. 819 Гражданского кодекса РФ[3], то в качестве кредитора выступает банк или иная кредитная организация, которая обладает правом заключать кредитный договор.

   Особую сложность при квалификации преступления по ст. 159.1 УК РФ[1], на наш взгляд, вызывает момент окончания преступления. Безусловно, момент окончания мошенничества напрямую взаимосвязан с тем моментом, когда лицу переданы денежные средства, даже при условии существенной разницы во времени. Ведь зачастую банком решение о выдаче кредита принимается не сиюминутно, а спустя некоторое время, предположительно, от 2 до 5 дней. И здесь также ситуация не вполне ясна: моментом совершения преступления следует считать время вручения заемщиком кредитору подложных документов, или же фактический момент выдачи займа? Полагаем, что здесь преступление следует считать оконченным при двух случаях: и в момент передачи подложных документов, и в момент выдачи денежных средств )так как оба действия в отдельности уже сами по себе являются преступными).

   Но в практике нередки случаи, когда уже на этапе проверки предоставленных документов заемщика обнаруживается их недостоверность, и тогда банк отказывает на данном основании в получении займа[1]. Здесь данное деяние считается неоконченным, т.е. преступление не удалось довести до конца по обстоятельствам, не зависящим от воли преступника: такие действия подлежат квалификации как приготовление к мошенничеству. Однако здесь очень важен один момент: необходимо доказать факт заведомого знания заемщиком о недостоверности предоставляемых им документов, сведений.

   Что же сподвигло отечественного законодателя на то, чтобы искать новые способы противодействия мошенникам в сфере кредитования? В большей степени, это, конечно же, большое значение банковской сферы и ее своеобразия  для экономики государства, а также привлекательность для любителей получить «быстрые деньги». Но предпринятые законодателем меры, в частности, направленные на конструирование нормы, содержащейся в ст. 159.1 УК РФ[2], как в среде ученых, так и практиков, не принесли желаемых результатов: ошибки в правоприменении не уменьшились, а криминогенная обстановка в рассматриваемой сфере не улучшилась.

   Так, самым выдающимся минусом является расхождение в названии статьи и ее диспозиции. Само понятие «мошенничество в сфере кредитования» охватывает довольно широкий круг действий, которые будут признаваться мошенничеством: данные действия совершаются в рамках функционирования сектора кредитования, а именно – в границах общественных отношений, которые регулируют получение и предоставление займа. Но нельзя оставить без внимания содержание диспозиции вышеуказанной статьи, в которой упоминаются термины: кредитор – банк – заемщик – денежные средства, что дает возможность распространить закрепленную в статье норму только на случаи мошенничества под прикрытием кредитного договора, причем которое совершается заемщиком. Такое несоответствие представляется весьма серьезным, поскольку у правоприменителя может создаться неправильное впечатление, что те мошеннические действия, которые не охватываются содержанием названной выше диспозиции статьи, не являются преступлением вовсе.

   Не менее острой является также проблема существования мошеннических схем, при которых работодатели (часто – руководитель предприятия) обязуют своих работников получить в банке кредит, мотивируя это тем, что якобы это спасет предприятие от банкротства, позволив погасить его долги. Но впоследствии руководители просто исчезают с денежными средствами, а обязанность по уплате кредитов так и остается на работниках. Данное преступное деяние имеет очень высокую степень общественной опасности, поскольку по данным делам имеется сразу несколько потерпевших, введенных в заблуждение, кроме того, от такого преступления причиняется сразу нескольким объектам (собственность, кредитные отношения). Помимо названных негативных аспектов, ситуация усугубляется еще и тем, что недобросовестный работодатель имеет значительное преимущество перед работниками: он куда более лучше осведомлен о реальном положении дел в компании, пользуясь своим служебным положением,  вызывает доверие работников и пр. Полагаем, что именно это и служит причиной сомнений со стороны некоторых исследователей в том, насколько адекватно дается уголовно-правовая оценка такого преступного поведения на основании ст. 159.1 УК РФ[1]. Выдвигаются даже идеи применения к таким ситуациям специальной нормы, минуя вышеуказанную статью, так как она не может применяться к тем случаям, когда кредитный договор заключен под влиянием обмана, и участниками сделки стали недобросовестные торговые агенты. Простым примером является самая распространенная в наши дни картина: сотрудники компании приглашают клиентов в салоны, торговые сети, распространяющие определенный продукт (косметику, одежду, технику). Затем клиенту подсовывают договор якобы купли-продажи, но на самом деле данный договор является кредитным, причем, как правило, кредиты оформляются таким способом на довольно крупные суммы. Если покупатель обратится в правоохранительные органы с заявлением, то представители компании расторгнут такой договор, однако часто полиция не видит состава преступления в действия сотрудников торговой точки, т.к. здесь невозможно доказать умысел на хищение денежных средств потерпевших[4]. Наконец, ст. 159.1 УК РФ[2] не охватывает случаи продажи залогового имущества без извещения кредитора как собственника соответствующего имущества и покупателя как приобретателя права на это имущество, хотя в большинстве случаев товар в кредит приобретается именно с целью его последующей реализации (сдачи в скупку под залог или продажи третьим лицам).

   Причиной существующих проблем при квалификации вышеупомянутых деяний, а также иных проблем, возникающих в практике правоприменения, является неудачная конструкция состава вышеназванной статьи. В данной статье законодатель дифференцирует ответственность за мошеннические действия в сфере кредитования, но само это понятие гораздо шире по своему содержанию, нежели определение, которое мы встречаем в названной нами статье.

   Рассматривая состав данного преступления, выделим в нем 4 составляющих его элемента:

   Так, субъектом здесь является физическое вменяемое лицо, достигшее 16-ти летнего возраста, и обязательно выступающее в роли заемщика, т.е. субъект данного преступления – специальный.

   Прямой умысел заемщика является субъективной стороной данного деяния: т.е., заемщик намерен получить денежные средства и так же умышленно не возвращать их кредитору. Подтверждающими фактами наличия умысла могут служить, например, отсутствие реальной возможности к погашению кредита у заемщика, предоставление подложных документов, а также утаивание информации об имеющихся уже задолженностях и обязательствах перед другими кредиторами. Органу, проводящему расследование, необходимо в каждом отдельном случае установить факт заведомости.

   Объективную сторону данного преступления составляют непосредственно осуществляемые заемщиком действия: предоставление заведомо ложных и недостоверных сведений, документов. Объектом преступного посягательства выступают общественные отношения в сфере кредитования[4].
Согласно статистике кредитного мошенничества в регионах России, преступники в основном действуют в онлайн-сегменте кредитования. Здесь количество подозрительных заявок почти в 4 раза выше, чем в банках. Показатели по регионам: лидирующие позиции занимает Ингушетия – 12,3%, на втором месте Чеченская республика – 8,9%, на третьем – Дагестан – 6,7%, затем следуют Кабардино-Балкария – 5,8%, Красноярский край – 5,5%, Свердловская обл. – 5,3%, и замыкает список «самых мошеннических» регионов Республика Коми – 5%[5].
   Подводя итог рассмотренному нами составу преступления, мы пришли к выводу о том, что структура данной статьи несовершенна, в связи с чем, в законодательстве возникает пробел, порождающий трудности при квалификации данного вида деяния. А потому возникает необходимость в создании специальной нормы. Кроме того, в целях пресечения и предотвращения мошеннических действий со стороны заемщиков, важно выработать эффективные меры, прежде всего, со стороны кредитных организаций. Например, такими мерами могут стать усовершенствование правовой основы деятельности служб безопасности банков и более серьезная и строгая проверка документов потенциального заемщика. Обязанностью каждого кредитного специалиста является проявление максимальной внимательности и бдительности при проверке документов клиента. Но успех в области экономической безопасности государства, зависит, главным образом, от того, насколько развито взаимодействие самого государства в лице его компетентных органов и кредитно-финансовых учреждений.

   Список литературы
   1. Габдрахманов Ф. В., Макаров Р.В., Матвеев С. А., Прыгунова Е. В. Уголовная ответственность за мошенничество в сфере кредитования: проблемы правоприменения // Крымский научный вестник. -2016. - №2(8). –С. 39-52.
   2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 27.12.2019).
   3. Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ) от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ.
   4. Балябин В. Н. Уголовно-правовое обеспечение безопасности банковского кредитования и проведения расчетов: монография. – М.: Проспект, 2017. – 120 с.
   5. https://vawilon.ru/statistika-moshennichestva/


Banner
Гость, оставите комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Banner

Бесплатная публикация

статьи в журнале

Подробнее
Календарь
«    Июль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 
Информация от партнеров
Banner