Взаимосвязь российского конституционного судебного процесса с международным правом


Аннотация. В статье излагаются основы конституционного судопроизводства в РФ, проводится анализ их соответствия общепризнанным нормам и принципам международного права. Оценивается роль международных договоров РФ и иных международных источников права в формировании российской системы конституционного правосудия, а также степень ориентирования Конституционного Суда РФ на использование международных норм.

Ключевые слова: правовая система РФ, Конституционный Суд, международное право, международные договоры, нормы и принципы, Европейский Суд по правам человека, конституционность нормативных актов.
   Говоря о существующей сегодня правовой системе в России, нельзя не отметить ее тесную взаимосвязь с международно-правовой системой, выступающей в роли инструмента, унифицирующего государства, за счет распространения действия на них общепринятых норм и принципов. Указанные принципы – это универсальные правила поведения, широко применяющиеся как в международных, так и во внутринациональных отношениях. Кроме того, данные нормы применяются в правоотношениях, основанных на решениях Конституционного Суда РФ.

   О роли международных норм в отечественной системе права свидетельствует часть 4 статьи 15 Конституции РФ[1]. Несмотря на такое положение – «составная часть», вышеперечисленные правовые источники все-таки сохраняют исходное значение в качестве международных норм.

   В немалой степени международные нормы оказывают влияние и на конституционное судопроизводство. Функция КС РФ – рассмотрение дел в судебных заседаниях, посредством реализации которой, осуществляется судебная власть. Но, в отличие от иных судов, в компетенции КС –проверка конституционности законов, иных НПА, издаваемых различными компетентными субъектами.

   Разрешая вышеперечисленные дела, КС не обходится, как правило, без международных норм, поскольку неизбежно возникновение споров международного характера[2]. Кроме того, незаменимы такие нормы и в решении споров по поводу компетенции, а также при толковании некоторых положений Конституции.

   Наиболее ярким примером выступают дела о не вступивших в силу договорах РФ. Пункт «г» часть 2 статьи 125 Основного закона[1] подразумевает, что к таким договорам относятся не проекты, а договоры, которые уже были подписаны, поскольку КС не уполномочен разрешать дела, касающиеся соответствия проектов договоров. Однако и вопросы о соответствии вступивших в силу договоров КС также не рассматривает.

   Вышеизложенное позволяет говорить, что КС РФ уполномочен разрешать дела, касающиеся проверки конституционности лишь тех договоров, которые пока что «не в силе», но Россия в их отношении – «договаривается». Указанным обстоятельством определяется, допустима ли подача обращения в КС. Допустимость проверки на конституционность международного договора регламентирована в ФКЗ от 21.07.1994 г.[3] Согласно данному закону, проверка договора допускается, только если он подлежит ратификации или утверждению. Кроме того, неотъемлемым условием для подачи обращения является мнение самого заявителя: договор считается неконституционным, из-за чего не должен вводиться в действие.  

   Следует отметить одну важную особенность: пределы проверки, согласно вышеупомянутому ФКЗ. Так, проверка может проводиться по следующим критериям:

   - содержание норм и форма договора;
   - каким образом договор подписывается, заключается, принимается и публикуется, а также вводится в действие;
   - на предмет соблюдения принципа горизонтального разделения властей согласно Основному закону РФ;
   - с позиции соблюдения принципа разграничения компетенции, а также предметов ведения (федеральных властей и субъектов)[4].

   Но перечисленные выше пределы могут быть сокращены. Здесь проверка проводится лишь по содержанию норм. Как и у любого решения суда, у решений КС имеются свои правовые последствия. Так, признание договора, который не вступил в силу, неконституционным, влечет за собой запрет на его введение в действие. Кроме того, обратим особое внимание, что проверка КС РФ может касаться не обязательно всего договора в целом: отдельные положения тоже могут быть проверены.

   Важно подчеркнуть следующее: главным критерием разрешения дел в КС является именно конституционность документа, но не соответствие международному праву. Однако, данный вопрос может появиться в ходе оценки Судом договора. Это означает следующее: договор, который Суд признал не соответствующим Конституции, может в полной мере быть недействительным с позиции международного права, хотя несоответствие Конституции никак не может предрешать действительность договора в международно-правовом плане. Это свидетельствует лишь о том, что после признания договора неконституционным, он не может быть интегрирован в российское право.

   Рассмотрим ситуацию, когда КС признает договор конституционным. Своим положительным решением Суд формирует предпосылки для того, чтобы указанный договор прочно вошел в правовую систему после его утверждения (или ратификации). Именно таким решением Суд способствует тому, чтобы отечественные законы были в полной мере согласованы с нормами международного договора (который уже вступил  в силу), в случае противоречий между ним и определенным законом.

   КС РФ широко применяет международные документы и в вопросах нарушений прав человека. Вернемся все к той же части 4 статьи 15 Основного закона РФ: если поступает жалоба на нарушение прав и свобод граждан, то КС обязан проверить соответствие Конституции закона, который применяется (или подлежит применению) в рассматриваемом деле. Такая проверка может осуществляться только на основании запросов судов (где рассматривается дело). Реализуя вышеуказанное правомочие, КС опирается на базовый принцип высшей ценности прав и свобод человека, их признания и гарантии. КС учитывает также и такой момент, как обязанность государства, согласно Конституции, соблюдать и защищать права и свободы личности, которые являются одной из основ конституционного строя в нашей стране.

   Если рассматривать решения КС, в основе которых заложены нормы Конституции и вышеназванного ФКЗ, то можно проследить, что в них Суд достаточно активно применяет те международные акты, которые затрагивают права и  свободы человека. Наиболее яркими примерами таких актов являются: международные пакты (от 16.12.1966 года)[5,6]; Конвенция от 04.11.1950 года[7] и Протокол № 1 к ней; на Дополнительный протокол к Женевским конвенциям [8]  и другие.
Важно понимать, что оценка Судом конкретной международной нормы права, осуществляется как с позиции ее действия в национальном праве, так и в международном.  
   Те нормы, которые использует Суд при вынесении решения, оказывают существенное влияние на выбор его правовой позиции, а также способствуют достижению главной цели – раскрытию конституционного смысла акта, который оспаривает заявитель. Из этого следует, что в качестве будущей основы для окончательных выводов по вопросу о конституционности оспариваемого НПА, Судом выбирается позиция, которая отражает требования международного документа. Это обстоятельство обуславливает тот факт, что Суд использует довольно часто решения ЕСПЧ (опосредованно), для принятия собственного решения по делу, связанному с нарушением прав человека[4].

   Уместным, на наш взгляд, здесь будет пример, когда КС РФ использовал решение Европейского Суда. В рассматриваемой ситуации КС использовал толкование статьи 6 вышеназванной Конвенции. Суть состояла в том, что обвиняемый наделен правом получать помощь адвоката как в суде, так и на досудебных стадиях процесса. Формулировка ЕСПЧ выглядела таким образом, что раскрывала нарушение права на защиту. Ее суть в том, что если задержанный не получил доступ к адвокату (ему воспрепятствовали в реализации его права), в течение нескольких часов допроса со стороны полиции. Причем, в разъяснении ЕСПЧ указано, что важно учитывать, мог ли быть причинен ущерб праву на защиту, и является ли он невосполнимым. Следовательно, по мнению ЕСПЧ, любое основание для отказа в реализации права на защиту – несовместимо с правами обвиняемого[9].

   Стоит обратить внимание, что смысл статьи 6 Конвенции в том, что она наиболее полно раскрывает смысл понятия «обвинение», на что ориентируется ЕСПЧ. Согласно указанной статье, это не только официальное уведомление об обвинении, но также сюда входит принятие других мер, которые связаны с подозрением в совершении преступления, влекут определенные юридические последствия для лица, отражаясь на его положении. Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что ЕСПЧ ориентируется при принятии решений на содержательное понимание обвинения, но никак не на формальное (закрепленное нормативно).

   Интересным представляется также факт о том, что КС РФ обращается не только к рассмотренным выше источникам: в его практике фигурируют также иные документы, которые, по сути, являются рекомендациями. В частности, это резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, в которых отражено народное правосознание, содержатся требования о соблюдении международной справедливости. Главным плюсом такого использования КС РФ указанных рекомендаций является возможность наиболее полно и всесторонне толковать конкретный НПА, конституционность которого оспаривается.

   Однако ссылки на рекомендации – вспомогательные, поскольку главным при принятии КС решения является то, насколько качественно был оценен Судом НПА с позиции его конституционности. Суд определяет нужную норму Конституции, которая требуется для решения вопроса о соответствии Конституции рассматриваемого акта.

   Так, Суд прекратит производство, если установит следующие обстоятельства:

   -  вопрос, вынесенный на рассмотрение, не разрешается в рамках Конституции;
   -  рассматриваемый вопрос не является конституционным в принципе (по характеру).

   Данное положение закреплено ст. 68 упомянутого ранее ФКЗ.[3]

   Обращает на себя внимание особенность решений КС – их окончательность: они не обжалуются, а законом установлено их незамедлительное вступление в силу.

   Таким образом, рассмотрев связь отечественного конституционного судебного процесса с международным правом, мы пришли к выводу, что в целом, и те, и другие нормы согласованы между собой, поскольку КС РФ ориентируется при принятии решений на основополагающие международные документы, а также Конституцию РФ.

   Список литературы
   1. Конституция Российской Федерации" (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ).
   2. Романова О. В. К вопросу о понятии и правовой природе правовых позиций Конституционного Суда РФ // Государство и право. 2011. № 7. С. 85.
   3. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 N 1-ФКЗ (ред. от 29.07.2018) "О Конституционном Суде Российской Федерации".
   4. Игнатенко Г. В. Международное право: предмет регулирования как комплексная конструкция в рамках системного исследования // Российский юридический журнал. 2011. № 1. С. 45.
   5. Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 16 декабря 1966 г.)
   6. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах" (Принят 16.12.1966 Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН).
   7. Конвенция о защите прав человека и основных свобод" (Заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) (вместе с "Протоколом [N 1]" (Подписан в г. Париже 20.03.1952), "Протоколом N 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый Протокол к ней" (Подписан в г. Страсбурге 16.09.1963), "Протоколом N 7" (Подписан в г. Страсбурге 22.11.1984)).
   8. Женевская Конвенция о защите гражданского населения во время войны (Женева, 12 августа 1949 г.
   9. Романова О. В. К вопросу о понятии и правовой природе правовых позиций Конституционного Суда РФ // Государство и право. 2011. № 7.


Banner
Гость, оставите комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Banner

Бесплатная публикация

статьи в журнале

Подробнее
Календарь
«    Август 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31 
Информация от партнеров
Banner