Ответственность за посредничество во взяточничестве


   Взяточничество – весьма распространенное и достаточно серьезное преступление в экономической сфере в наши дни. Очень часто можно услышать мнение о том, что если взятки перестанут брать, то их не будут и предлагать, то есть, в большей степени, почему-то общество возлагает вину на получателя взятки. Но справедлив ли такой подход? Полагаем, что нет. Однозначного подхода к данному вопросу здесь нет, и никогда не существовало. Во многом это объяснимо тем, что до того момента, как взятка дойдет до своего адресата, в этом преступном процессе будет задействовано как минимум, еще двое лиц – это взяткодатель и посредник.

   Действующий Уголовный кодекс регламентирует ответственность за посредничество во взятке в статье 291.1. Считаем необходимым разобраться, кто же такой посредник, и насколько опасно для общества его действие. Закон понимает под посредничеством факт непосредственной передачи взятки, согласно поручению взяткодателя или ее получателя, т.е. конечного «адресата». Но также упоминается «иное пособничество» в достижении, либо реализации соглашения между указанными субъектами о том, чтобы получить и дать взятку. Как указано в п. 13.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 (ред. от 24.12.2019) «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», под иными действиями посредника следует понимать организацию встречи взяткодателя и ее получателя, проведение переговоров с указанными субъектами. Другими словами, если лицо обсуждает сумму, срок, место передачи и вид взятки с кем-либо из субъектов (получателя и «дарителя»), то это считается преступлением.

   Когда же данное деяние следует считать оконченным? Согласно вышеупомянутому п. 13.2, даже если передаваемое имущество или ценности хранятся у посредника (если об этом была договоренность между получателем и взяткодателем), то это следует считать моментом окончания преступления.

   Действующий Уголовный кодекс предусматривает градацию видов наказаний по рассматриваемой нами статье, в зависимости от тяжести общественной опасности содеянного, но при этом факт, в чьих интересах осуществляется посредничество, во внимание не принимается. При этом его именно преступным посредничество во взятке будет признаваться с определенного размера взятки, который должен превысить 25 тысяч рублей. На самое строгое наказание могут рассчитывать посредники, которые при осуществлении своих действий пользуются свои положением по службе, а также те, которые действуют группой лиц, предварительно договорившись и организовав все свои действия. Также влияет размер взятки: если посредник способствовал получению взятки в крупном или особо крупном размере (свыше 150 тысяч и свыше 1 миллиона рублей соответственно). Кроме того, особо опасным считается посредничество, которое может заключать в себе как бы «двойное» преступление: взятка передается получателю, чтобы убедить его совершить действия, заведомо являющиеся противозаконными. В качестве примера приведем выдержку из разъяснений Прокуратуры Ставропольского края. Так, одной из матерей призывников поступило предложение решить вопрос – признать «непригодным» к несению воинской службы ее сына. Предложение женщине поступило от ее знакомой медицинской работницы, у которой, в связи со служебным положением, имелся доступ к документам призывников, проходящих комиссию в данном медицинском учреждении при призыве в ряды Вооруженных Сил. Чтобы решить вопрос «успешно», сотрудница медицинского учреждения предложила передать своей знакомой определенную денежную сумму, уточнив, что это необходимо в качестве вознаграждения «нужному человеку». Но благодаря своему служебному положению, медсестра прекрасно знала о диагнозе молодого человека, по которому он уже мг быть признан непригодным к несению воинской службы, более того, комиссия уже вынесла заключение о его непригодности, что было известно виновной. Имея собственный корыстный замысел, медсестра не собиралась никуда передавать полученные средства от своей знакомой, а просто присвоила их себе. Разбирая подробно данный эпизод, можно прийти к следующим выводам:

   1. Посредник в данном случае является «фальшивым», поскольку в его действиях мы не усматриваем того, что он является «связующим» звеном между матерью призывника и неким несуществующим «должностным лицом», которому якобы была адресована передача денег. Более того, изначально взятку никто давать не собирался, а предложение было сформировано именно медсестрой, работавшей в медицинском учреждении, так как она по собственной инициативе, действуя заведомо исключительно в своем интересе, уговорила свою знакомую на передачу денежных средств, а это уже можно расценивать как подстрекательство к покушению на дачу взятки.

   2. В данном случае действия виновной следует квалифицировать как мошеннические, согласно ст. 159 УК РФ, поскольку она заведомо действовала в своих интересах, а при посредничестве во взятке личный интерес посредника возникнуть не может – он действует в чужом интересе. Кроме того, медсестра обманным путем ввела свою знакомую в заблуждение о состоянии здоровья ее сына, поскольку ей необходимо было выманить у матери призывника деньги, чтобы завладеть ими.

   3. Действия медицинского работника в данной ситуации возможно было бы квалифицировать по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ (в случае отсутствия ее личного интереса и передачи полученных денег третьему лицу) поскольку у нее был доступ к медицинским документам призывников, на основании исполнения ей служебных обязанностей. Да и сам обман матери призывника был совершен с использованием служебного положения: виновная заведомо знала, что уже есть заключение медицинской комиссии о непригодности сына ее знакомой к воинской службе, однако скрыла этот факт намеренно, с целью получения денежного вознаграждения.

   4. Матери призывника, передавшей взятку своей знакомой, реально избежать уголовной ответственности, и соответственно, наказания, если она будет активно способствовать раскрытию данного преступления, а также добровольно сообщит о передаче взятки в правоохранительные органы, непосредственно после ее передачи. В данном случае, квалификация по статье 291.1 УК РФ будет неверной, поскольку в действиях виновной имелись все признаки для квалификации ее деяния, как мошенничества: обман, а также собственный корыстный интерес.

   Прокуратура Ставропольского края в своем разъяснении также обращает внимание на то, что кроме наличия признаков преступления в действиях виновной по ст. 159 УК РФ «Мошенничество», она может являться подстрекателем к покушению на дачу взятки, поскольку у самой матери призывника первоначально не было умысла на дачу взятки, она доверилась своей знакомой и поддалась на ее уговоры.

   Подтверждение вышесказанному мы увидим, если внимательно будем анализировать уголовный закон и названное выше Постановление Пленума Верховного Суда РФ, в котором разъясняется, что посредник не может действовать в своих личных интересах, поскольку действует по поручению кого-либо из субъектов: например, подчиненный по поручению начальника, передает ценную вещь или денежное вознаграждение получателю. Здесь очевидна корыстная заинтересованность начальника.

   Самым суровым наказанием по этой статье считается лишение свободы сроком до 12 лет – применяется как основной вид наказания. Если же говорить о дополнительных видах наказаний, то здесь закон называет нам различные виды лишений: права на занятие определенным видом деятельности или определенной должности. Срок такого наказания не может превышать 7 лет. Кроме того, на виновного может быть наложен штраф в размере до 70-кратной суммы взятки.

   Аналогично статьям по получению и даче взятки, в посредничестве допускается освобождение от уголовной ответственности – при активном содействии раскрытию или пресечению преступления, а также добровольном сообщении о нем в правоохранительные органы.

   Но посредничество в действительном его проявлении, на наш взгляд, стоит отличать от мошенничества, хотя сходства в данных составах, определенно, есть. Здесь ключевую роль будет играть преступный умысел лица, которое якобы соглашается быть посредником – передать определенное имущество или ценности, как взятку, однако в реальности этого не происходит, и ценности «посредник» присваивает себе, имея свой корыстный умысел. А вот для того, кто передавал ценности – взяткодателя, ответственность вполне может наступить за неоконченное преступление – за покушение.

   Обобщая рассмотренное выше, мы приходим к заключению о том, что посредник – самостоятельный субъект преступления, действия которого, хотя и согласованы с другими участниками взяточничества, однако все же являются самостоятельными. А потому рассматривать посредничество как менее серьезное преступление, чем получение или дача взятки, было бы в корне неверным. Ведь ключевой мыслью здесь является то, что законодатель не просто так вывел посредничество в отдельную статью УК РФ: без действий посредника многие преступления по передаче-получению взятки просто не состоялись бы. В реальной жизни это объяснимо множеством факторов: так, взяткодатель, из страха быть обнаруженным, не смог, например, связаться с получателем взятки и осуществить ее передачу, т.е. задуманное уже не реализовано. Аналогично и взяткополучатель, например, значимое должностное лицо крупной фирмы, опасаясь слежки за собой, а также наличия посторонних лиц, которые могут быть свидетелями его преступных намерений, отказывается от встречи с взяткодателем, и часто, таким образом, преступление до конца не доводится. Поэтому, законодатель, на наш взгляд, вполне справедливо уровнял всех субъектов рассматриваемого преступления, установив практически аналогичные по тяжести виды ответственности как для тех, кто принимает, дает взятки, так и для тех, кто этому активно способствует, формируя благоприятную преступную среду.


Гость, оставите комментарий?
Имя:*
E-Mail:*


 В журнале появился новый раздел - Судебная практика. Приглашаем действующих юристов и адвокатов поделиться своим опытом.

Бесплатная публикация

статьи в журнале

Подробнее